Сохраню здесь текст, будет он меня радовать День 8 августа 89 года до нашей эры, в общем-то ничем не отличался для Беверлиды Гелеспонтской от 7 августа или, скажем, 8 июля того же года. Она все так же возлежала на ложе, ела виноград и писала стихи. Ложе это располагалось на террасе одного из домов ее нынешнего покровителя. Беверлида смотрела на небо и не знала, ни что живет она уже не совсем в Древней Греции, а вовсе в эпохе Эллинизма, ни того, что скоро наступит новая эра, а пока отсчет лет идет наоборот, ни даже того, что текущий месяц назовут в будущем по имени не родившегося еще императора. И даже если бы такие мысли посетили ее, то она не стала бы об этом задумываться. Ей не надо было вообще ни о чем беспокоиться, от нее не требовалось искать работу, выходить замуж, рожать детей и сидеть на женской половине дома, занимаясь рукоделием. Она могла спокойно делать что угодно, во всяком случае пока. "Быть гетерой удивительной" — думала Беверлида, — "Всегда буду гетерой".
"Работу ненавижу, студенты тупые, коллеги — сволочи", — думала Беверли О'Нилл, сидя у себя дома и мрачно смотря на то, как небо Килкенни становится из закатного вечерним. 2011 год вообще не задался и сегодняшний день, 8 августа не был исключением. До начала семестра еще было какое-то время, но Беверли заранее страшно не хотела выходить на работу. Она очень устала за прошлый учебный год, отпуск тоже не задался, а еще надо было каким-то образом извернуться и найти деньги на починку текущей крыши. А еще ей со вчерашнего дня обрывал телефон какой-то студент, который хотел в будущем году писать курсовую работу именно у нее. "Надо было становиться гетерой"— думала Беверли, в очередной раз отключая телефон.
Летосчисление несколько раз менялось с тех пор, как было решено упразднить понятие "Наша эра", так как она совершенно очевидно закончилась. Правда шли споры, в какой именно момент она закончилась — когда люди начали покидать Землю, когда с нее улетел последний человек или, когда Земля исчезла. Так или иначе, с тех пор, как пришло известие об исчезновении прежнего дома, уже прошло сто лет и многие полагали, что сейчас был именно сотый год новейшей эры. Беверли не было до этого абсолютно никакого дела. Она даже не знала почему 8 августа теперь называется просто 8 днем 8 месяца, потому что на уроках в школе не слушала про период, прямо перед началом колонизации других планет, когда людей охватила апокалиптическая мрачность и началось так называемое "Священное упрощение". Впадая в крайний стоицизм и избавляясь от всего, что могло показаться лишним, люди надеялись отвести от себя беду. Так что они много красивых слов и понятий упразднили до того, как кто-то умный помог всем сесть по ракетам и полететь исследовать другие миры. С тех пор множество красивых вещей было возвращено и придумано множество новых красивых слов и понятий. Что было весьма удобно, так как Беверли как раз сейчас писала стихи, лежа на террасе одного из марсианских домов ее нового покровителя. Она ела светящийся в темноте виноград и думала:"Хорошо быть межгалактической космогетерой. Всегда буду межгалактической космогетерой".